Но решение Шотшека было, как оказалось, просто желанием надавить на Лиса и заставить его одуматься. Вождь понимал, конечно, что Лису есть куда идти: многие племена на этой грани, не раздумывая, приняли бы его, ведь слава Лиса как воина и человека, способного дать ценные советы, была широко известна в этой части грани. (Кроме того, Лис вполне сносно мог устроиться почти на любой грани, за исключением разве что Доисторической или грани Динозавров.) Шотшек совсем не собирался отпустить Лиса на все четыре стороны. Он стремился удержать его любой ценой, даже ценой жизни Лиса.

Лис был хитер, недаром получил свое прозвище у индейцев: когда ситуация накалилась, он искусно сделал вид, что готов подчиниться. Однако Шотшек приставил к нему двух воинов в качестве соглядатаев. Впрочем, официально они выполняли вполне обычную обрядовую роль «друзей» жениха.

Но Лис и тут вывернулся: улучив момент, он «вырубил» обоих стражей и, связав, оставил в надежном месте, где их не скоро должны были найти. Он старался не убивать без особой надобности не только людей, не сделавших ему ничего плохого, но и врагов. Именно за это к его прозвищу прибавилось слово «Благородный».

Лис пустился в бега. Шотшек поклялся выставить у своей хижины три шеста: на одном должна быть скальпированная голова Лиса, на другом — скальп с этой головы, а на третьем шесте — гениталии. Этого слова никто, разумеется, не знал не только в племени, но и вообще на этой грани, так что Шотшек провозгласил просто; член и яйца предателя.

Лис не мог с этим согласиться: ни с тремя шестами, на которых Шотшек собирался вывесить такие необходимые Лису части тела, ни с тем, что он, Лис, предатель. Никого он никогда не предавал.

Лис окунулся в этот мир, как в загадку и великое приключение, какое только может выпасть на долю, казалось бы, совершенно обычного человека. Помимо того что он обрел здесь очень долгую жизнь, он получил власть над этим миром, власть хотя и ограниченную, но все-таки огромную.